Новости

Газовый гамбит

С газового европейского рынка в последний день весны приходили прямо противоположные сигналы. Часть энергетических компаний, как правило, являющихся мелкими перепродавцами российского «голубого» топлива, отказываются платить по новой рублевой схеме и поэтому лишаются поставок от «Газпрома» уже с 1 июня. Крупные игроки публично признают оплату в рублях и поэтому не разрывают долгосрочных контрактов с «Газпромом». Цена на газ вновь растет. С 1 июня «Газпром» прекращает поставки датской Orsted и британско-нидерландской компании Shell. Накануне газ частично перекрыли нидерландской госкомпании GasTerra. Напомним, что еще 27 апреля российские газовые поставки были прекращены в Польшу и Болгарию. В мае — в Финляндию. Причина одна: отказ этих энергетических компаний платить за газ по новой схеме: открывать два счета типа «К» в «Газпромбанке». На первый оплата поступает либо в евро, либо в долларах. Но затем российский банк конвертирует эти средства в рубли и зачисляет на второй счет. После чего сделка считается закрытой. Схема, согласно указу президента РФ, вступила в силу 1 апреля. И первоначально была встречена в штыки большинством европейских энергокомпаний и правительств стран ЕС. Все боялись наказания Еврокомиссии за обход антироссийских санкций. Но к концу мая выяснилось, что из 54 европейских компаний почти 40 готовы перейти на новую рублевую схему. И это, как правило, основные импортеры. Так, немецкая Uniper (ФРГ), созданная в 2016 году на базе холдинга E.ON, и поставляющая на внутренний рынок до 50% всего немецкого импорта из России (до 25 млрд куб. метров в год), объявила, что произвела первый платеж по новой схеме, предложенной Москвой. (Reuters дает свою формулировку — немецкий импортер российского газа, «как и другие европейские компании изменил способ оплаты поставок газа из России и платит в евро в соответствии с новым механизмом оплаты». Уточняется, что платеж был произведен в конце мая, и, таким образом, компания выполнила условия контракта. Про контракт с «Газпромом» нужно сказать отдельно. Он заканчивается в 2036 году. До этого времени придется либо забирать газ по заранее договоренной цене, которая явно ниже спотовой, либо платить за «воздух» в случае объявления Брюсселем газового эмбарго или отказа платить в рублях. Конечно, можно подумать, что в нынешних обстоятельствах в ЕС могут наплевать на любые договоренности с Россией. Но и новые поставщики газа обратят на это внимание. Так, Катар сейчас требует от Германии долгосрочного на 20 лет контракта на дополнительные поставки СПГ, обосновывая это санкциями против России. В результате Uniper предпочла платить по новой схеме. Иная ситуация складывается с не самыми главными европейскими потребителями. Отказались платить в рублях поляки (более 10 млрд кубов в прошлом году), болгары (8 млрд) и финны (менее 4 млрд). Им всем перекрыли кран либо 27 апреля, либо немного позже. «Газпром», конечно, тоже теряет валютную выручку. В этом году даже с учетом сокращения закупок трем этим странам российская компания могла бы продать до 20 млрд кубов газа. Но так как с их компаниями действовали долгосрочные соглашения, то потери составят не $20 млрд, как это бы случилось по спотовому ценообразованию, а в несколько раз меньше. К тому же, например, Варшава и сама была настроена не продлевать контракт с 1 декабря или даже разорвать его раньше. В этом случае речь все же идет вкупе о довольно значительных поставках. Но прекращение поставок 31 мая и 1 июня в адрес нидерландской GasTerra, англо-голландской Shell и датской Orsted (из-за их нежелания платить в рублях) не несут «Газпрому» существенных финансовых потерь. Дело в том, что максимальные закупки российского газа соответственно доходили до 2 млрд кубов в год, 1,2 млрд и 1,9 млрд. Итого, до 5,1 млрд кубов. Тем более, что эти поставки и сами по себе без политического вмешательства практически сошли бы на нет. Так, Orsted в основном занимается ветряной электроэнергетикой и небольшие объемы российского газа ей были нужны для стабилизации напряжения при штиле. Сейчас газовые потоки подпитываются Норвегией. Для Shell газ — не основной бизнес. Небольшие объемы потреблялись только в ряде земель Германии. Правда, с GasTerra, которая частично принадлежит не только нидерландскому правительству, но и Shell и ExxonMobill, ситуация несколько сложнее. Еще десять лет назад компания, которая, согласно 3-му энергетическому пакету ЕС от 2009 года, занималась исключительно оптовыми поставками газа на внутренний и европейский рынки, планировала переключиться с местного месторождения в Гронингене на газ из России. Дело в том, что запасы голландского газа, во-первых, находятся на грани истощения, а во-вторых, добыча приводит к образованию геологических пустот из-за чего случаются землетрясения. Наконец, теплотворность местного газа существенно уступает российскому. До последнего момента голландская компания покупала до 2 млрд кубов топлива у «Газпрома», чтобы довести качество своего газа до среднеевропейских образцов. Что особенно было необходимо при экспорте в Бельгию и Великобританию. На Гронингемском месторождении добывалось до 23 млрд кубов в год. И от этих объемов было решено отказаться, восполнив свое участие на рынке нефтегазовыми сервисными проектами, преимущественно в России. Но еще события 2014 года поставили на этом крест. Добыча продолжится несмотря на превращение Нидерландов в сейсмоопасный объект. По базовому прогнозу Минэкономразвития, добыча газа в России в этом году упадет на 5,5%, а экспорт — на 10%. Это около 20% от уровня 2021 года. В Еврокомиссии ставят задачу сократить импорт газ из России уже к концу этого года на две трети, восполнив потери американским СПГ и резким сокращением потребления газа вообще. Но это, как уже предупредил исполнительный директор Международного энергетического агентства Фатих Бирол наряду с частичным нефтяным эмбарго привело к появлению трехуровнего энергетического кризиса: газового, нефтяного и электрического. В период летних отпусков он только усилится. Уже сейчас ЕС платит за это чрезмерно высокой инфляцией и угрозой наступления еще и продовольственного кризиса.



Популярное

Наверх